Я памятник себе воздвиг…
Exegi monumentum.
Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не заростет народная тропа,
Вознесся выше он главою непокорной
Александрийского столпа.
Exegi monumentum.
Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не заростет народная тропа,
Вознесся выше он главою непокорной
Александрийского столпа.
Поэзия —
та же добыча радия.
В грамм добыча,
в год труды.
Изводишь
единого слова ради
тысячи тонн
словесной руды.
Но как
испепеляюще
слов этих жжение
рядом
с тлением
слова-сырца.
Эти слова
приводят в движение
тысячи лет
миллионов сердца.
Владимир [...]
И нас хотя расстрелы не косили,
Но жили мы, поднять не смея глаз, -
Мы тоже дети страшных лет России,
Безвременье вливало водку в нас.
Владимир Высоцкий
А люди всё роптали и роптали,
А люди справедливости хотят:
«Мы в очереди первыми стояли,
А те, кто сзади нас, уже едят!»
Кто кончил жизнь трагически, тот истинный поэт,
А если в точный срок, так в полной мере:
На цифре 26 один шагнул под пистолет,
Другой же — в петлю слазил в «Англетере».
Как призывный набат, прозвучали в ночи тяжело шаги —
Значит скоро и нам уходить и прощаться без слов.
По нехоженым тропам протопали лошади, лошади,
Неизвестно к какому концу унося седоков.
Полчаса до атаки,
Скоро снова под танки,
Снова слушать разрывов концерт.
А бойцу молодому
Передали из дому
Небольшой голубой треугольный конверт.
За нашей спиною
остались
паденья,
закаты…
Ну хоть бы ничтожный,
ну хоть бы
невидимый
взлёт!
Мне хочется верить,
что чёрные
наши
бушлаты
Дадут мне возможность
сегодня
увидеть
восход.
Я первый смерил жизнь обратным счётом.
Я буду беспристрастен и правдив:
Сначала кожа выстрелила потом
И задымилась, поры разрядив.
Гой ты, Русь, моя родная,
Хаты – в ризах образа…
Не видать конца и края -
Только синь сосет глаза.
Когда же ты поймешь,
Что ты не сын земле,
Но путник по вселенным,
Когда поймешь, что человек рожден,
Чтоб выплавить из мира
Необходимости и разума -
Вселенную Свободы и Любви, -
Тогда лишь Ты станешь Мастером.
Максимилиан Волошин
Все в мире покроется пылью забвенья,
Лишь двое не знают ни смерти, ни тленья:
Лишь дело героя да речь мудреца
Проходят столетья, не зная конца.
Фирдоуси